18...20°C

Авторизация
16+
  • «Постарайтесь спасти медвежонка, мы ищем ему зоопарк»

    11.12.2017 14:09:00

    «Постарайтесь спасти медвежонка, мы ищем ему зоопарк»

    В античные времена все дороги вели в Рим. Сегодня, отправившись в путешествие, можно попасть куда дальше «карманной» центральной Европы.

    Однажды, давным-давно, когда слово «сеть» ещё ассоциировалось с рыбалкой, а не с красными глазами от ночи у монитора, я получил вобможность съездить на один интересный молодёжный форум, организованный департаментами молодежной политики и туризма Ямала в Болгарии,  на  Черноморском побережье. Не думал я тогда, что эта дорога к тёплому Чёрному морю в итоге приведёт меня к встрече с белым медведем в его естественной среде обитания.

    Впрочем, мой рассказ не про форум-фестиваль. Это замечательное событие (да, для меня это именно событие) – яркая вспышка позитива, явление, о котором писать надо отдельно, и сделаю я это не в этот раз. И не о белых медведях, которых не встретить на широтах Чёрного моря. Нет, рассказ будет о людях, романтиках, немного сумасшедших, которые готовы поехать на край мира, движимые стремлением делать мир лучше.

    А вот теперь по порядку.

    Скажите, с чем у вас ассоциируется словосочетание: «73° северной широты»?

    Другими словами, это километров  800 от полярного круга вглубь Арктики. Если совсем точно, то речь об острове в Карском море с многообещающим названием Белый. До 2013 года у меня в мыслях появлялись только образы из XVII–XVIII веков: отчаянные моряки, затёртые льдами корабли, испытания и мужество.  Вот я и удивился, когда наш вертолет приземлился, вопреки названию острова, не на толстую корку вечного льда, а на поляну, поросшую обычной с виду зелёной травой.

    Прилетели мы целой группой, и потому выгрузка вещей, сложенных баррикадой посреди салона, заняла добрых полчаса. Тут много разного, помимо двенадцати рюкзаков новоприбывших волонтеров, еще инструменты, бытовая техника, внушительные запасы провизии – следующий месяц все мы будем изолированы от внешнего мира, поэтому запасов  впрок.

    Спустя ещё несколько часов, шумя винтами, с острова взлетает вертолет, увозящий первую волонтерскую смену экологической экспедиции – чуть более десятка студентов не многим моложе нас. Они работали на острове с 10 по 31 июля, дождались нас, замену – вторую группу, и теперь отправляются по домам. Среди них ребята не только из России, но и с Украины и даже из Германии.

    В нашей группе разнообразия ещё больше, мы расширяем область набора волонтеров не только новыми городами, но и странами.
    С нами Павел, Алексей, Андрей Умников, Сергей и Гриша, приехавшие из златоглавой столицы, Егор, который почему-то Георгий, прибыл из столицы северной, Виталий, Владимир, просто Вовка и Игорёк из Салехарда, из Тюмени Саша Засекин, Димитр из Болгарии (София). И я представляю столицу Австрии Вену.
    Пока мы осматриваемся, винтокрылая машина быстро удаляется, вскоре и вовсе скрывается за низким горизонтом. Становится тихо, так, как было испокон веков в этих местах, не заселённых человеком. Время оглянуться в прошлое.
    Остров Белый, северная оконечность Ямало-Ненецкого автономного округа. При огромной площади и высоте над уровнем моря буквально в несколько метров, можно сказать, что это огромный, плоский, заболоченный и насквозь промерзший блин на краю Ледовитого океана. Постоянно, читай долго и добровольно, тут никто не живёт. Растительность на острове скудная, но цепкая до настырности. Животный мир не очень разнообразен, но отличается поразительной живучестью, поскольку всё время либо кто-то кого-то норовит съесть, либо скрыться от того, кто может съесть.
    На острове находится несколько священных капищ, и оленеводы заходят сюда зимой с Ямала по льду пролива Малыгина. В 1933 году на северном берегу расположилась метеостанция, после появились и военная часть, и небольшой заводик метеоракет, который просуществовав полтора года, благополучно сгорел. То есть в двадцатом веке люди на острове жили, трудились, охраняли границы родины и при всём этом немного мусорили. Недолго, всего-то лет 70-80. Немного, всего пару сотен тонн металлолома, и ещё несколько сот тонн другого мусора. Маленький след цивилизации.


    Мусорили на Белом всего-то лет 70-80.jpg

    Вернёмся в наше время.
     В 2012 году правительством округа была организована первая экологическая экспедиция на остров. Тогда прилетела одна группа добровольцев. Молодые люди, современные романтики, поехали на Крайний Север работать в тяжелых условиях не за хорошую зарплату, а по зову души, вооруженные лишь неодолимым желанием делать мир лучше. Они восстановили деревянный барак, превратив руины в жилое помещение, сообща со специально приехавшими зодчими собрали небольшую деревянную часовенку. Они обустроили остров, начали большое дело.
    Год 2013-й, проект задействования экологического десанта развивается. В летний период на остров одну за одной отправят три группы волонтёров и бригаду вольнонаёмных рабочих, завершит дело уже в декабре группа полярников на тяжелой технике, ведь  летом там не проехать, любая машина тонет в болотистом грунте.


    Это сухие факты.
    Но с нашей стороны выглядит все совсем иначе. Мы и есть те самые парни, использовавшие весь отпуск, а кто-то и вовсе уволился с работы для того, чтобы поехать на край мира убирать мусор,  оставленный поколением наших отцов и дедов.
    Прежде чем включить в состав экспедиции, нас на десять дней селят в спортивном лагере возле Тюмени, проверяют, испытывают, сколачивают специальными тренировками из группы незнакомых людей один коллектив.

    Мы же, в свою очередь, знакомимся, сдруживаемся и легко, смеясь, проходим игровые задания, призванные найти трещину в наших отношениях, противоречия между нами, возможные конфликты, и буквально на второй день знакомства становимся единым целым – дружной командой. Мы знаем, сейчас у нас еще есть право передумать, сказать НЕТ и отказаться от участия, на острове поворачивать будет некуда.

    После – перелёт в Салехард, город стоящий непосредственно на линии полярного круга. Город, в который не ведёт ни одна дорога. Город, где мы делаем однодневную остановку перед броском дальше на север.

    Проведя пять часов в полёте, мы приземляемся на так удивившую меня полярную траву и полярные же одуванчики, для которых взлетающий вертолет не  повод раньше времени расставаться со своим пухом, что и не удивительно для растительности, облюбовавшей клочок суши на перекрёстке сходящихся ветров Северного ледовитого океана и материка.
    Поднявшись в воздух, шумный «Ми-8» вначале становится небольшой точкой над горизонтом, а вскоре и вовсе пропадает из вида – пуповина, связывающая нас с цивилизацией, обрезана окончательно. Становится тихо.

    В первый день мы знакомимся со всеми людьми, сейчас живущими на острове, а это двое координаторов проекта Алексей и Евгений, повар Дмитрий, медик Наиль и пара ребят из первой группы – Дима и Женя, которым разрешили остаться поработать еще три недели. Девушек среди нас нет, слишком суровые здесь условия. Кроме нашего барака заселен еще один домик, там живут трое метеорологов, также есть жилой контейнер с пятью вольнонаёмными рабочими. Вот и все обитатели. Вернее, все люди, а истинными обитателями или, если хотите хозяевами острова, являются белые медведи и, забегая наперёд, скажу, что их не пришлось долго ждать.


    Ах, да, куда же без медведей на острове. Соседи.jpg

    В день могут заглянуть до девяти белых гостей.jpg

    Второй день оказывается новым лишь календарно. На самом деле солнце, описав полный круг, как мяч отскочило от горизонта на севере и вновь взмыло вверх. Это чудо полярного дня заставляет нас сооружать занавески из несостоявшихся портянок, чтобы укрыться от лучей полуночного солнца, заглядывающего прямо в окно спальной комнаты.

    Поутру мы начинаем работать. Вручную, пользуясь лишь ломами, лопатами и маленькими тачками, разбираем пепелища, оставшиеся после сожжения руин. Используя древний принцип рычага и исключительно мускульную силу, выкорчёвываем вмерзшие в землю толстенные брёвна, ставшие помесью дерева со льдом. На плечах переносим их к гигантскому костру и придаем почти ритуальному сожжению, поливая грязной соляркой из найденной в земле двухсотлитровой бочки,  когда закончится эта бочка, мы прикатим следующую, с грязным маслом, еще одну и еще.

    Металл, который можем поднять, переносим и складируем на побережье. Третья группа, что сменит нас, будет грузить всё это на баржу, общий вес металлолома составит 290 тонн, его сдадут на сумму 400 тысяч рублей, и эти средства через фонд «Ямине» пойдут на лечение Володи Кудина, мальчика 4-х лет с нарушением развития коры головного мозга. Но мы этого еще не знаем, мы просто делаем то, зачем приехали.

    Объём работы, запланированный на все три недели, мы выполнили ещё до первых выходных, и такой высокий темп  сохраним до последнего дня на острове. То, что весило более 300-400 кг, как выяснилось опытным путем, носить мы уже не могли и, выковыряв из грязи, ставили на небольшие постаменты, сооруженные из брусьев – заберут зимой, когда тундра замерзнет и станет проходимой для техники. Наш энтузиазм не охлаждают и двухтонные цистерны, их нельзя носить, но сообща можно катать, а распилив – таскать как сани.


    А вот «маленькие» двухсотлитровые бочки, раскиданы повсюду.jpg

    А вот «маленькие» двухсотлитровые бочки в итоге слегка подтачивают наше рвение – их сотни, они хаотично раскиданы по всей округе, будто щедрый сеятель рассыпал широким жестом, встречаются эти емкости и далеко в тундре ржавым напоминанием о присутствии человека разумного.

    Кроме возможности продуктивно поработать на свежем воздухе, у нас оставалось достаточно свободного времени. Свой досуг мы скрашивали походами на отлогий песчаный пляж Карского моря, благо лёд уже сошел и была возможность покупаться, а после и позагорать, пока кожа не приобретёт ровный синеватый оттенок. Развлечение это не было частым, зато отличалось необыкновенной динамикой. После сама собой напрашивалась баня, её растапливали каждый второй день, жаль вода на острове только солёная, но пар, тем не менее, отличный. По выходным устраивались вылазки вглубь острова, редко кто возвращался без находок и ярких впечатлений – тундра сильно отличается от привычных нам мест.


    На острове Белом есть своя Эйфелева башня.jpg

    Также на острове есть своя «Эйфелева башня» –  заброшенный деревянный маяк 1936 года постройки высотой около 30-ти метров. Он в аварийном состоянии, лазить на него запрещено,  что мы, конечно, и не делали.

    А поблизости расположена оставленная военная часть – иллюстрация из фильма о индустриальном постапокалипсисе.
    Центр сохранившейся жизни – метеостанция, маленький островок привычной цивилизации с телевизором на полтора канала, комнатными растениями на окнах и интереснейшими рассказчиками, вот уж до чего полярники охочи, так это до новой публики. Видимо, постоянная изоляция и одиночество учат высоко ценить живое общение. Но самое главное у нас были мы – теплая компания доверяющих друг другу людей, наша молодость и замечательное отношение между товарищами. Таким образом, несмотря на мнимую скудность развлечений, скучать на острове не приходилось.


    Несмотря на мнимую скудность развлечений, скучать на острове не приходилось.jpg

    За очень короткое лето можно было успеть покупаться. До синевы.jpg


    Ах да, еще были медведи!
    Первый мишка появился уже на второй день, буквально только успели стихнуть винты вертолётов. Для тех, чьи знания об этих животных соответствуют моим до поездки в Арктику, могу сказать, что эти милые пушистые существа являются серьезными хищниками, крупнейшие плотоядные млекопитающие планеты из живущих на суше. Средний вес самца порядка 600 кг, может переваливать и за тонну. В три прыжка ускоряется до 60 км/ч, великолепно плавает, вероятно, и превосходно лазил бы по деревьям, будь они в тундре. Кроме того, они необычайно любознательны и, не чувствуя в человеке опасность, зачастую подходят близко к постройкам, привлеченные соблазнительными запахами.

    В нашей экспедиции не редкостью были медведи на пороге дома или заглядывающие в окна жилых построек.
    Очевидец, выглянувший в окошко и вдруг оказавшийся внезапно нос к носу с медведем, отделённым от него лишь тонким стеклом, впоследствии поведал нам о невообразимой гамме чувств, что охватили его в тот волнующий момент.
    Или же другой парень, выйдя из дома, столкнулся сразу на пороге с целым медвежьим семейством. С его слов, первой мыслью было желание быстрее позвать фотографов, чтобы сделать хороший снимок вблизи. Но звал он нас заметно дрожащим голосом, видимо, беспокоился за фото крупным планом.
    А вот рабочие, выходя из своего контейнера, обнаружили медведя непосредственно в коридоре, он проводил детальный осмотр съестных припасов, подперев между делом своим внушительным весом входные двери. Работягам после пришлось долго отмахиваться лопатой, чтобы убедить мишку отойти хотя бы  метров на пятнадцать-двадцать.
    Тем не менее, даже привыкнув к присутствию медведей, мы всё же старались не забывать, что это отнюдь не милые домашние животные, а пока лояльно относящиеся к нам хищники. Стоит лишиться присутствия духа и побежать от него, как в спокойном животном проснётся охотничий инстинкт, и жить тогда человеку не более нескольких секунд. Поэтому каждый раз, выходя из дома, первым делом осматриваешься, заходя неторопливо за угол,  не ожидает ли тебя там пушистый полярный сюрприз. Кроме того, всегда и везде при тебе должен быть фальшфеер (сигнальный огонь) – большая пластиковая хлопушка, дернешь за верёвочку, и в руках на минуту возникает яркое пламя, для действенной защиты мало, но достаточно, чтобы удивить и остановить медведя, отвлечь его от атаки.
    Так и живешь: с одной стороны, интересно, с другой, страшно.

    Чтобы не привлекать голодных хищников запахом пищи, запрещено оставлять на улице что-либо съедобное, даже мусор собирался и ежедневно сжигался. Тем не менее, редкий день обходился без посещений, бывало, что за сутки мимо проходило восемь-девять медведей, иные оставались и по несколько дней кружили вокруг поселения.
    Привычная для них среда обитания – это полярные льды, с них они охотятся на нерпу, на льдах и путешествуют, и, по сути,  лёд – это их дом. А вот остров только временное пристанище, если «не успели на пароход» – упустили уходящие к полюсу льды. А коли уж довелось застрять, то бродят они по берегу в поисках чего-либо съедобного, не брезгуют и падалью, сильно худеют и, бывает, что до двух месяцев вообще толком не едят.
    Наше к медведям отношение кардинально изменил один случай. А для меня лично в тот день на свое место встал последний пазл – я окончательно понял, зачем приехал на этот отдалённый остров, к чему я всё время шел, повинуясь слепому зову души, зачастую непонятному и мне самому. К какому решению вела меня непостижимая мне сила.
    8 августа напротив нашего крыльца, по другую сторону неширокого пролива, появился медвежонок. Поначалу никто не обратил на него особого внимания. Ну пришёл, ну улёгся, мало ли их тут ходит? На утро детёныш никуда не делся: лежал всё на том же месте.


    8 августа по другую сторону неширокого пролива появился медвежонок.jpg

    При помощи телеобъектива приблизили, сфотографировали, рассмотрели. Выглядел он весьма болезненным и сильно исхудавшим, на левом плече заметна большая рана. Удивляло и то, что, будучи не очень взрослым, он остался без матери. Первым делом решили, что он болен, быть может, подвернул или поломал лапу, не поспевал за матерью и, отстав от нее, остался один.
    После метеоролог Иваныч, удивительный человек, который уже многие годы живёт на острове и замечательно знаком с повадками окружающих животных, рассказал, что медведица не оставит своего ребенка даже если тот вообще не может идти, да и после его смерти еще несколько дней не отходит от тельца. Так же и детеныш не отойдет от матери, зачастую умирает голодной смертью, оставаясь рядом с телом погибшей мамы.
    Понять, что произошло, становилось всё сложнее, но уже было ясно – малютка оказался в беде. Весь день прошел в спорах: что нам делать? Было два мнения. Первое, конечно, соучастие, в моём понимании – просто покормить оголодавшее дитё, это тот минимум, что подразумевает в себе слово человечность. Мы ехали за тридевять земель, чтобы помочь природе оклематься от увечий, нанесённых ей нашими соплеменниками, а тут природа сама постучалась в наши двери с явной просьбой о помощи.
    Но это мнение разделяли не все.
    Вторая группа считала, что не стоит нарушать естественный ход событий, выдвигались аргументы о необходимости всего сущего следовать своей карме и напоминания об ответственности за прирученное существо.

    Дискуссия перерастала в спор, спор – в противостояние. От себя могу сказать, что в конечном счете я уже раздумывал, как самостоятельно перебраться на ту сторону пролива, чтобы покормить медвежонка своей пайкой, собранной за день. К счастью, ближе к концу рабочего дня с Большой земли пришел ответ на наш запрос, отосланный утром: «Постарайтесь спасти, мы ищем ему зоопарк».
    Наш лагерь ожил, а команда вновь стала единым организмом, объединённым общим делом. Для начала сварили кастрюлю каши на сгущенке, добавили в неё антибиотики и с этим гостинцем три человека отправились на знакомство.


    Каша со сгущенкой и лекарствами для раненого медвежонка.jpg

    Перепуганный ребёнок боялся огромных существ, пытался убежать, но его рана оказалась настолько серьёзна и сам он был столь слаб, что смог пройти не более шести метров, опираясь на распухшую, неестественным образом завёрнутую лапу. Чтобы не пугать его еще больше, подходить вплотную не стали, кроме того, пусть и маленький, но медвежонок оставался раненым хищником. Определили расстояние, на которое он к себе подпускает, обошли с подветренной стороны там и оставили вкусно пахнущее угощение. Стоило отойти, и малыш не заставил себя долго упрашивать. Опасливо оглядываясь, проковылял небольшое расстояние и, распробовав сладкое лакомство, с головой нырнул в посудину. От кастрюли он больше не отходил.

    Следующие три часа работа в лагере кипела, мы разрабатывали план, готовили подходящий по размеру и прочности ящик, испытывали на моей «тушке», чем бы накрыть и удержать медвежонка, расчищали комнату в заброшенном доме и укрепляли хлюпкие двери. Все трудились с пылом и энтузиазмом. Завершив подготовку, притащили две надувные лодки, на которые погрузились пять человек, не забыв и ружье с резиновым пулями: поблизости ходили три взрослых медведя. В последний момент, когда группа уже переплыла пролив, из дома вырвался запертый там Боцман – огромный пес, что гонял взрослых медведей по всей округе как коров и охотился на всё живое, попадавшее в поле его зрения. Поймать и вернуть его обратно под замок не получилось, на команды он не реагировал и, в два счёта переплыв на другой берег, прямой наводкой рванул в сторону медвежонка и группы спасения. Пес вполне мог загрызть малыша, за шесть лет на острове к медведям у него сложилось определенное отношение. Вышло так, что и к месту он прибежал первым. Все застыли в напряжении,  действительно опасаясь трагичной развязки. Но поведение собаки нас всех не только удивило, мы Боцмана сразу зауважали. Остановившись на расстоянии, он принюхался, будто поняв суть всего происходящего, оббежал по широкой дуге медвежонка, отрезая ему путь в сторону моря, и остановился. Подоспевшие люди обошли малыша с разных сторон, беря его в кольцо, накрыли спальником  и замотали, так и уложили в подготовленный деревянный ящик.

    Когда малютку переправили на нашу сторону, перенесли в подготовленную для него комнату и выпустили, он был смертельно испуган, забился в угол и постоянно шипел. В отличие от своих бурых собратьев белые медведи рычат крайне редко, в основном чувствуя опасность, они шипят подобно котам. После осмотра малютки не осталось вопросов о возможном характере повреждения. На груди у небольшого полугодовалого медвежонка было пулевое ранение.  Стрелявший целенаправленно метил в сердце, но по велению случая, пущенная рукой браконьера пуля прошла на вылет и вышла под лопаткой, дав возможность в шоковом состоянии убежать от второго выстрела и дойти до нас. Сомнений об участи его матери ни у кого не осталось, их шкура стоит больших денег. Хотя оставалось удивление, что же привело раненого, чудом спасшегося от людей кроху к другим людям? Что внушило ему понимание того, что нас можно не опасаться?

    Через три дня покоя,  стабильного питания свежей рыбой и кашей на сгущёнке с лекарствами наш новый питомец начал ходить, нормально опираясь на поврежденную лапу, почти перестал нас бояться и частенько выглядывал в зарешеченное брусьями окно, наблюдая за нашей работой. Он сразу стал всеобщим любимцем. Вскоре мы расширили жилплощадь, освободив ему вторую комнату, принесли туда ванну, наполнили водой, а пол засыпали толстым слоем песка. Апартаменты из естественных, биологически чистых материалов полюбились нашему Умке, и он проводил там большую половину времени. Охотно пользовался он и слишком широким расстоянием между брусьями для того, чтобы, встав на подоконник, свеситься из окна, значительно увеличив себе таким образом обзор. Убежать ему не давала то ли быстро округлившаяся, набравшая хорошие размеры попа (она застревала в окне), то ли понимание того, что у нас он в безопасности, а на свободе для него опасны не только суровые условия, в которых он ещё не умеет самостоятельно выживать, но даже его соплеменники.  Взрослые самцы в период летней голодовки вполне могут полакомиться маленьким себе подобным, если мать не убережет дитя.


    Через три дня покоя, стабильного питания свежей рыбой и кашей на сгущёнке с лекарствами наш новый питомец начал ходить.jpg

    Через неделю самые отчаянные рисковали кормить его с рук, а были и такие, кому белый медведь после кормёжки лизал ноги. Восторг переполнял счастливчика!
    Последним серьёзным решением, связанным с дальнейшей судьбой спасенного нами малютки, был выбор имени. После двухдневных дискуссий мы остановились на имени священного духа острова, по ненецкой легенде той землёй правит Белый дедушка, что звучит как Сэру-Ирику. Чтобы не гневить духов и будущих посетителей зоопарка, малость упростили и получилось  в конечном счёте Сэрик. Так его теперь и зовут во всех официальных хрониках.
    Таким образом, наша история закончилась хорошо.  Благодаря личному вмешательству заместитель губернатора ЯНАО Александра Мажарова и спутниковому телефону у нас с самого начала была связь с главным ветеринаром региона, а после и со специалистом по белым медведям из столицы, чьими советами мы руководствовались, решая, чем кормить и как лечить. Скоро нашли и зоопарк, который смог взять к себе нашего медвежонка. На  забиравшем нас вертолёте  также прилетели две сотрудницы зоопарка Перми, после осмотра они вкололи зверёнышу успокоительное и, упаковав в металлический ящик для перевозки, погрузили в вертушку, так что до Салехарда добирались мы тоже вместе. История завершилась неплохо, хотя и пришлось нашему малышу за свое спасение и дальнейшую жизнь заплатить свободой, из клетки в дикую природу он уже не вернётся.

    В завершение я хочу сказать, что безмерно благодарен людям, которые дали мне возможность совершить это путешествие, моим добрым знакомым и незнакомым работникам департамента внешнеэкономических связей ЯНАО, извините, что без имён. Замечательным ребятам, которые провели с нами первых десять дней тренировок, готовя нас к острову. Координаторам на острове за теплую, дружескую атмосферу. А также моей супруге, необычайной женщине, которая отпустила бродягу в долгое путешествие, оставшись дома одна на последнем месяце беременности, а спустя неделю после возвращения из экспедиции подарила сына.  Всем другим людям, кто так или иначе помогал мне совершить этот важный для меня поступок.


    Спасибо! Ваш Андрей Иванов, Австрия, Вена

     

  • Комментарии

    • Комментарии
    Загрузка комментариев...
Яндекс.Метрика